История советской моды. Часть шестая – 1970-е. Продолжение
Из-за своеобразной подачи информации о модных тенденциях и относительной малодоступности специализированных журналов, рассказывающих о моде, в этой сфере периодически возникали курьёзы.
Например, в 1970-е годы у всех на устах было слово «туника», модники слышали краем уха, что это очень актуальная вещь, которую обязательно нужно иметь в гардеробе, и что носить её можно с брюками и мини-юбками, но на самом деле никто толком не знал, что это за вид одежды. Женщины интуитивно понимали - туника представляет из себя нечто длинное и свободное, а так как в этот период огромной популярностью пользовались всевозможные жилеты, то многие решили, что удлиненный жилет без пуговиц и есть эта самая туника - длинный, свободный, подходит к брюкам и мини-юбкам, все сходится! На Западе и каждый крупный журнал, и мелкие журнальчики, затрагивающие тему моды, в изобилии демонстрировали на своих страницах многочисленные фотографии одного из самых растиражированных трендов десятилетия – туники. На снимках были представлены брючные костюмы и комплекты с брюками или юбками, верхняя часть которых представляла из себя различного вида удлиненные а-образной формы жакеты или блузы либо с пуговицами, либо без, а также укороченные а-образной формы платья, которые носятся с брюками. Под этими фотографиями можно было прочитать слово tunic.
Всем было понятно, что это не древняя туника в буквальном смысле, а современная стилизация античного силуэта. В самых продвинутых журналах СССР изредка можно было прочитать о том, что же подразумевает мода 1970-х под понятием туника, и какая модель в данный момент обозначается этим термином. Но проблема заключалась в том, что хорошие модные журналы нужно было, как и все остальное, найти, достать, а не купить, хотя их, на самом деле, было немало. Да и специалисты не всегда знали названия, принятые в мировой моде. Про тунику писали, что это мини-сарафан или макси-жилет, удлиненный жакет и пр. Поэтому и рождались всевозможные народные интерпретации. Время от времени внятная информация встречалась на станицах таллинского «Силуэта». Вот только сам журнал встречался нечасто. Даже такое издание как «Модели сезона» Общесоюзного Дома моделей одежды, стали употреблять термин туника в последние годы десятилетия, когда мода на них практически сошла на нет. На самом деле моделей одежды с силуэтом, которую в это время в мировой моде называли туникой, в СССР практически ни у кого и не было, а те, у кого была, чаще всего не подозревали, как это модное чудо называется.
Еще с одной культовой вещью десятилетия – кардиганом, представляющим собой длинную трикотажную кофту на пуговицах, часто с поясом, была примерно такая же ситуация. В СССР эта удобная и красивая модель стала сверхпопулярной, но никто толком знать не знал, как называется их любимый вид одежды. Слово кардиган в стране известно не было, журналы мод, пестрившие фотографиями всевозможных кардиганов, употребляли данное название крайне редко, предпочитая термин длинный трикотажный жакет, объёмная кофта и т.д., ну а в народе бытовало понятие длинная вязаная кофта с поясом. Самым модным считался кардиган с поясом и воротником шалькой.
Главным потребителем моды 1970-х в СССР была молодежь. Её взгляд на моду, в которой произошли существенные изменения, кардинально отличался от взгляда большинства представителей старшего поколения. Если в предыдущие десятилетия, несмотря на изолированность, дефицит, элементарную нехватку денег, взрослое поколение, особенно его прекрасная половина, стремилось идти в ногу с модными веяниями, то в 70-е многие тенденции пролетали мимо людей в возрасте, вызывая отклик лишь у молодых. Очевидно, модели одежды, популярные в 1950-е и 1960-е годы, больше соответствовали эстетическим воззрениям советских мужчин и женщин. В дамском гардеробе надолго задержались такие вещи как платье футляр, прямое платье, женский костюм, состоящий из прямой юбки и прямого жакета, всё длиной чуть ниже колена, плюс туфли лодочки. А в мужском - доминировали свободные брюки из костюмных тканей с высокой посадкой и однотонные светлые или клетчатые рубашки, классические костюмы и ботинки на шнурках. Верхняя одежда выглядела солидно, тяжеловато и немного старомодно.
Разноплановые семидесятые с прыгающей длиной от мини до макси, брюками клеш, меняющими ширину и силуэт, облегающими кофточками, приталенными рубашками, разнообразной этникой, джинсовым безумием и платформами с трудом вписывались в модное мировоззрение тех, кому за…., да и на работу нужно было ходить в подобающем виде. Уж что-что, а одежда у окружающих неизменно вызывала повышенное внимание. Всё нестандартное, не массовое, рассматривалось очень внимательно и обязательно обсуждалось с вынесением вердикта, который мог быть и не одобрительным.
Старшее поколение одевалось иначе, и смириться с внешним видом молодежи ему было непросто. Конечно, встречались и исключения, но типичная среднестатистическая картина – это люди зрелого возраста, застрявшие даже не в модном контексте прошедших лет, а в некой трудноопределяемой стилевой нише, где совершено неуместны понятия - модно или немодно. Просто они были одеты в одежду, вот и все.
А вот молодежь с энтузиазмом бросалась на все тенденции, которые рано или поздно, чаще поздно, все-таки доходили до страны. Например, длина мини была принята с восторгом. Коротенькие юбочки и платьица, как красивые, так и карикатурные, носили все девчонки СССР, отстаивая свою модную позицию перед возмущенными родителями, гордо проходя мимо охающей вслед соседки, борясь с учителями, которые выгоняли с уроков за слишком короткий подол форменного платья. И, если честно, то не так уж они были неправы, пытаясь объяснить, в чем разница между школьной и личной одеждой. Но молодость склонна отвергать правила, даже те, которые вполне уместны! Но каждая обиженная школьница, была убеждена, что все взрослые отсталые зануды, а она такая классная в коротенькой юбочке, приталенном батничке или обтягивающей лапше и высоченных платформах.
В середине десятилетия началось массовое увлечение моделью юбки под названием «спираль». Такие юбки были хорошо известны в мировой моде в рамках господствующего в то время фольклорного стиля. Данная модель как-то особенно не выделялась среди многообразия длинных рустикальных юбок. Но вот в СССР, она почему-то внезапно обрела признание, модницы считали, что нужно носить не этнические вещи в целом, а именно юбку-спираль, хотя, если честно, юбочка была так себе, на любителя, особенно модельки собственного производства. Иногда юбки-спирали появлялись в московском магазине «Польская мода», они выглядели приличнее, но не более того.
Во второй половине 1970-х, когда длина устремилась вниз, все маниакально начали шить длинные одношовные юбки из квадратного куска ткани без рисунка, сложенного по специальной схеме треугольником. Шилась такая юбка буквально за час-полтора. Подробное описание всего процесса было опубликовано в каком-то популярном журнале вроде «Работницы» или «Крестьянки», быстро, просто и довольно красиво. В зависимости от ширины отреза ткани получались юбки длиной миди или макси, облегающие бёдра с мягкими ниспадающими фалдами. Их носили с приталенными батниками и трикотажными джемперами. Самые любимые модели второй половины десятилетия - широкие юбки миди из плотной гладкой ткани или ткани в клетку, а также трапециевидные юбки спортивного силуэта.
Одежда в клетку и полоску держалась на топовых позициях практически всё десятилетие. Журналы мод бесконечно демонстрировали клетчатые и полосатые юбки, платья и костюмы. Самыми востребованными являлись модели юбок и платьев, скроенные по косой, кроме того, очень популярными были а-образные юбочки из ткани в полоску, выкроенные и сшитые таким образом, что полосы, стыкуясь, образовывали рисунок ёлочку.
Платья и костюмы с поясом спортивного стиля преобладали в мировой моде второй половины 1970-х. Эти силуэты безумно нравились советским модницам, они мелькали на страницах женских журналов и журналов мод, но тотально отсутствовали в швейной промышленности СССР. В магазинах не было и намёка на подобные модели одежды, поэтому каждая обладательница модной вещи сразу вызывала у окружающих вопрос – где достала?! Доставали в основном с рук или шили, хотя второй вариант не всегда был удачным.
В начале 1970-х годов костюмы с маленькими жакетами курточного типа и юбками мини в основном носили модные девушки, в середине десятилетия к костюмам такого рода, но уже с юбками миди, присмотрелись и дамы постарше.
Глобальная мода 1970-х годов находилась под большим влиянием субкультуры хиппи. Джинсы, клеш, этническая одежда, рустикальность, длинные распущенные волосы у представителей обоих полов, стиль унисекс – все, что являлось обязательными элементами гардероба хиппи, перекочевало и в гардеробы модников того времени. Удивительно, но данная тенденция проникла и в СССР. Не помогли ни обособленность, ни идеология, ни пропаганда, ни советское воспитание. Молодое поколение Страны Советов, которому в тот период все больше и больше было присуще протестное настроение, толком-то ничего и не знавшее о субкультуре хиппи, с воодушевлением принимало стиль далеких, и не очень понятных незнакомцев. В Советском Союзе были и настоящие хиппи, действительно понимавшие, что это за направление и в чем его суть. Немногочисленная группа, относящаяся к данной субкультуре, подвергалась гонению. Волосатиков, как их презрительно называли правильные товарищи, избивали, отрезали им волосы, устраивали облавы в местах их сборов, забирали в милицию и держали в так называемых «обезьянниках».
Счастливые обладатели джинсовых вещей обрезали свои брюки и юбки и при помощи толстой иглы из необработанного края вытаскивали нитки, делая его бахромчатым. Бахромой можно было украсить вязаный, свитер или сумку, это было очень популярно. Ну а всё остальное просто придумывалось из головы, главное, чтобы нестандартно. Так как этнических вещей в продаже не было, их заменяли самодельные одёжки, иногда удачного, а иногда, мягко говоря, нелепого вида.
Словечки и выражения типа - хипповать, хиппарь, кто хиппует тот поймет - стали частью молодежного лексикона. Сами советские хиппи сформировали сленг на основе переиначенных англоязычных слов, перемешанных со словечками из их собственного арго (язык какой-либо социально замкнутой группы лиц). Этот лексикон являлся своеобразным суржиком, где соседствовали герла, пипл, сейшен, флэт, хаир, фенечка, пацифик, прикид, маза, колёса, напряг, и т.д. Постепенно многие выражения из словаря хиппи разлетелись по стране, войдя в разговорный язык.
Время, когда в СССР представители субкультуры хиппи смогли выйти из тени, начать участвовать в выставках и музыкальных фестивалях, да и просто свободно ходить по улицам наступило лишь во второй половине следующего десятилетия. Ну а пока, за окном 1970-е, а, стало быть, все неформалы, а заодно с ними, хиппующая, а иногда просто слишком модная молодежь - это позор страны, потому что в СССР ношение нетипичной одежды воспринималось как характеристика общественного поведения.
Журналы мод не обходили вниманием популярную тенденцию и регулярно подбрасывали всем интересующимся дозированные порции информации об этническом стиле. Правда часто этника рассматривалась сквозь призму народных стилей, существовавших в СССР, а это априори вызывало абсолютное неприятие молодого поколения, отождествляющего все отечественное с пропагандой и официозом. Модели в народном стиле, которые демонстрировались в различных советских изданиях, едва ли могли пробудить интерес у человека, стремящегося быть современным. К этнической моде они, как правило, имели условное отношения, так как мода берёт лишь детали, элементы фольклорного стиля, трансформирует идеи, переиначивает, создавая собственные концепции. А лобовая подача этники в виде сарафанов, сшитых в русских традициях или украинских вышиванок модникам, не к чему, аутентичная одежда нужна там, где это необходимо. Так что, как не старались пропагандировать советские модельеры советским гражданам модные идеи, транслируемые через народное творчество необъятной Страны Советов - эффект был прямо противоположным, новых Дягилевских «Русских сезонов», благодаря которым в мировой моде начала XX века зазвучал стиль а-ля рус, не случилось. Наиболее интересные вещи в этническом стиле можно было увидеть в прибалтийских модных журналах, и в изданиях, которые периодически в небольшом количестве размещали на своих страницах фотографии иностранных моделей одежды.
Ну и конечно, соответствовать модной тенденции помогало вязание. Все кругом, что-нибудь вязали – свитерки, платья, жилеты, платки, накидки, сумки с бахромой, пончо. Если в начале 1970-х такая вещь как пончо была для советского человека непонятной экзотикой, то с середины десятилетия каждая модница старалась раздобыть для себя подобную тёплую накидку или научиться её вязать. И даже воинственные бабульки, никогда раннее не слышавшие названия «пончо», еще совсем недавно неласково разглядывавшие прохожего в непонятной одёжке, если, конечно, такой феномен возникал на их горизонте, а порой и отпускавшие вслед колкие реплики, начали с энтузиазмом осваивать вязание этого вида одежды, дабы приодеть своих внучек. Женские журналы изобиловали советами о том, как связать ту или иную вещь. На самом деле вязанием спицами и крючком в те годы был увлечен весь мир, а не только обделённые достатком граждане СССР.
По-настоящему хорошо владеть спицами, крючком или разобраться с вязальной машиной могли лишь некоторые, но в изданиях посвященных этой теме было много очень неплохо выполненных актуальных моделей, которые просто хотелось рассматривать. Тем, кто мечтал обзавестись остромодными вещами типа длинного кардигана с поясом, жилета или пончо, ничего не оставалось, как научиться вязать или найти того, кто умеет это делать и заказать вожделенную обновку. Ну а освоить такие нехитрые вязаные вещички как шапочки, шарфики, либо безумно популярные жилеточки, собранные из множества связанных крючком квадратиков и сумочку с бахромой, сшитую из двух также связанных крючком больших квадратов, пыталась каждая советская женщина.
Комплект, мелькавший во всех модных мировых изданиях 1970-х, состоящий из кругленькой вязаной шапочки с отворотом, ставшей для советских модниц головным убором номер один, и длинного-длинного шарфа, можно назвать очередным символом моды СССР того времени, все поголовно их вязали и все носили. Эпохальным головным убором номер два стала массивная пушистая меховая шапка. После триумфальной «Иронии судьбы, или С легким паром!», прошедшей в 1976 году, благодаря героине, которую сыграла польская красавица Барбара Брыльска, шапочно-меховой бум достиг своего апогея. В этом же фильме промелькнула еще одна мечта советской модницы – шапка из лебяжьего пуха.
Говоря о 1970-х, невозможно не вспомнить об одном удивительном явлении советской моды - странных вязаных шапочках, наводняющих осенние и зимние улицы, вопреки всем тенденциям моды. По какой причине в головах у женщин рождались фасоны этих, как пел Высоцкий - «шапочек для зим», понять сложно, но дамы, совершенно добровольно вязали, а затем надевали на себя плоды своего воображения. Несмотря на то, что в различных изданиях можно было найти вполне современные симпатичные модели головных уборов, народное творчество подпитывалось собственными фантазиями, и на женских головах красовались причудливые вытянутые колпачки, надутые мохеровые сооружения, маленькие бесформенные изделия и сложносочиненные шапки «фэнтези». Очень модными считались шапочки, выполненные крючком крупными петлями (вязка называлась - вытянутые петли).
В середине 1970-х в советскую торговую сеть поступили финские куртки - мужские и женские. В основном они продавались в валютных «Берёзках».
На фоне наводняющих отечественные магазины унылых громоздких пальто, глядя на которые невозможно было определить, с каким стилем и периодом моды отождествляли эти экземпляры те, кто произвёл их на свет, банальная, в общем-то, куртка из плащевой ткани с мелкой простежкой по бокам и яркими нашитыми полосочками, произвела неизгладимое впечатление на молодежь. Особенно модель черного цвета, у которой полоски, молния и кнопки были красными. Хотя, что тут странного, если за хорошим импортным пальто выстраивалась немыслимая очередь, шуба и дубленка были одеждой для очень благополучных людей, у которых, прежде всего, имелись связи, чтобы достать дефицит, и деньги, чтобы за него заплатить. Цены на натуральные меховые изделия по советским меркам воспринимались как астрономические, причем даже теми, кто был вхож в «Берёзки», поэтому «мехами» для большинства советских женщин являлись воротники на пальто. Популярные в ту пору синтетические шубки, чаще всего из соцстран, появлявшиеся в свободной продаже, брали с боем, остромодные пальто из искусственной лаковой кожи, красивые плащи и куртки доставались лишь тем, кто имел блат, или сумел выстрадать заветную вещь в нереальной очередище. Неудивительно, что финская куртка стала настоящим бестселлером, она даже попала в советский кинематограф, в ней щеголяла героиня фильма «Посылка для Светланы», сыгранная актрисой Людмилой Дребнёвой. Фильм, снятый в 1974 году, обличающий бездуховный мир спекулянтов, по сути, стал путеводителем модных тенденций. Чего только в нем нельзя было увидеть – и заветную финскую куртку, и супермодные плащи из жатой лакированной кожи, являвшиеся мечтой всех модниц, продававшиеся все в тех же «Берёзках», и дубленки, и модные свитеры под названием «лапша». Забавно, но в отечественном кинематографе периода СССР нередко именно персонажи с налётом отрицательности являлись носителями самых модных образов, типа хрестоматийной секретарши Верочки из «Служебного романа».
Так как шубы и дубленки для большинства были недосягаемыми предметами гардероба, а нормальные куртки и плащи очень дефицитным товаром, дабы не возбуждать воображение населения страны, в журналах мод из верхней одежды больше всего были представлены пальто, особенно зимние с меховыми воротниками, но несмотря на правильный идеологический вектор, от реальных моделей, поступающих в торговые сети, они все-таки сильно отличались. Ну а модели модных плащей и курток даже сравнивать особенно было не с чем, аналогов в магазинах просто не находилось.
А уж как мечталось раздобыть модное платье, модели, представленные в те годы на страницах отечественных журналов мод, просто поражали воображение неизбалованных изобилием советских женщин. На смену простым и лаконичным силуэтам 1960-х годов пришли принципиально новые модели – в первой половине десятилетия, вслед за короткими платьицами, появились длинные а-образные платья со свободными расширяющимися рукавами, во второй - объемные, женственные, струящиеся платья с обилием деталей, а также очень комфортные платья спортивного стиля. Две длины соседствовали почти все семидесятые, к концу десятилетия доминировали платья миди и макси. Прийти-то новые модели пришли, но, к сожалению, не в магазины, настоящая мода обитала только на журнальных фотографиях. Побегав по разным торговым заведениям, и от души постояв в очередях, можно было раздобыть себе что-то модное, но просто пойти и купить, это нет.
В 1970-е платья, которые до этого периода часто встречались в женском гардеробе, отодвинулись на второй план. Тенденция начала развиваться в 1960-е, когда одной из самых популярных женских вещей стал костюм прямого силуэта. Всю первую половину 70-х, подавляющее большинство дам, все еще донашивало эти костюмы, а доносив, перешло на юбки плюс что-то сверху. Платье же стало больше ассоциироваться с праздником, ведь его где-то достали или сшили в ателье, так что надо беречь и носить по случаю. Сшить юбочку, и купить хоть какую-нибудь кофточку все-таки было легче, а если не купить, то связать. Поэтому в основном и преобладали такие нехитрые комплекты.
В первые годы десятилетия платья большинства советских женщин были очень далеки от понятия мода. Доминировали простенькие невнятные модели из недорогих цветастых тканей, силуэты которых в принципе не отражали какие-либо модные тенденции. Они не были созвучны текущей моде, и при этом не являлись моделями из вчерашнего дня, просто изделия отечественного легпрома без прошлого и настоящего. В середине 1970-х стали носить очень разномастные модели – кто-то ходил в мини, кто-то перешел на миди или макси, у кого-то в гардеробе имелось импортное синтетическое платье с абстрактным рисунком, или модель спортивного стиля, кто-то носил платье, связанное на вязальной машине, все вещи машинной вязки, заказанные у частных мастериц, были очень востребованы в конце десятилетия, кто-то донашивал допотопный кримплен, а кто-то красовался в нарядненьких платьицах из «весёленьких» хлопчатобумажных тканей в «отечественный» цветочек или орнамент, из которых сшей хоть модное, хоть не модное, результат получится одинаково плачевным.
В начале 1970 годов обувь и сумки, которые можно
было просто пойти и купить, мало радовали глаз. Магазины не пустовали,
вроде бы всего было предостаточно - и обуви, и сумок, но таких, которые
приходилось приобретать только от безысходности. Какая-нибудь
более-менее приличная модель туфель или босоножек, купленная десятками
женщин, встречалась на каждом шагу, впрочем, однотипная одежда, обувь и
украшения никого не смущали, все свыклись с данностью быть одинаковыми.
Ближе к середине десятилетия ситуация стала немного выправляться, так как в СССР в большом количестве начали завозить импорт из социалистических стран. Обувь отечественного производства была очень плохого качества, колодки неудобные, дизайн вчерашний, сумочки также не отличались дизайнерскими идеями и изяществом, но в отличие от обуви их хотя бы не нужно было надевать на себя, а значит, отпадал вопрос удобства-неудобства, уже легче, ну а невзрачный вид - как говорится, стерпится-слюбится.
Приличную сумку можно было выходить, объехав ряд крупных универмагов, а самые лучшие модели водились в магазинах, продающих товары соцстран – польских Ванде и Польской моде, немецком Лейпциге, югославском Ядране и пр. Так как одним из главных направлений моды 1970-х являлась этника – очень популярными были сумки с бахромой и сумки в рустикальном стиле, которые можно было сшить или связать самостоятельно, что очень облегчало жизнь всем, кто хотел одеваться в соответствии с духом времени.
Советские СМИ исправно информировали своих сограждан о том, какие замечательные модели обуви приготовили для них отечественные производители и компании, занимающиеся поставками импорта. Статьи эти, конечно же, никто не читал, зато все с огромным интересом рассматривали туфли, сапоги, босоножки, которые возможно, больше нигде и никогда не доведётся увидеть. Потенциальные покупатели прекрасно понимали, что такой обуви в магазинах почти никогда не бывает, а если и бывает, то брать её придется, идя на штурм.
В стране работал Общесоюзный дом моделей обуви, и различные опытные лаборатории, разрабатывающие перспективные обувные новинки, но на выпуск отечественной продукции это влияло мало, обувь оставалась плохой, так как обувные производства не взаимодействовали с моделирующими организациями.
Обувь из стран социалистического лагеря, конечно, на шедевр не тянула, но по сравнению с произведениями Советского Союза являлась торжеством качества и стиля. Хорошей в плане удобства считалась обувь из Польши, Югославии, ГДР, приличной из Чехословакии и Венгрии. Благодаря импорту, у женщин появилась возможность отыскать модные босоножки на танкетке либо платформе, или даже приличные выходные туфли. Из-за тотального дефицита, покупая или доставая себе ту или иную вещь, никто особенно не думал о том, сколько еще человек будут носить точно такое же платье или туфли. Иногда доходило до курьезов, например, какая-нибудь однотипная модель туфель становилась настолько массовой, что придя на работу или еще куда-то, можно было встретить несколько человек обутых в одну и ту же пару обуви.
Самыми популярными и вожделенными в 1970-х годах в СССР были модели обуви на платформах и танкетках, туфли с застежкой-перепонкой, а также Т- образным ремешком и сабо. В первые годы десятилетия модники гонялись за обувью с квадратными или массивными закругленными носками, как правило, импортной. Отечественные производители такие модели делали в основном для выставок, в продаже модная советская обувь не появлялась, а та, что наполняла полки магазинов, была старомодной, неудобной и очень некрасивой. Большинство женщин продолжало носить туфли-лодочки, когда модного товара нет, выручает нейтральная классика.
Обувной сегмент, который категорически не удавалось наполнить нужным количеством нормального товара – это демисезонные и зимние сапоги, здесь царил тотальный дефицит, а бал правил блат. Очереди за импортными сапогами выстраивались неимоверные. В конце десятилетия в продаже стали появляться модели из ФРГ – легендарные сапоги на манке компании Саламандер, а также финские замшевые сапоги на овчине, которые почему-то в народе называли «алясками», наверное, ассоциация возникла из-за того, то они были необычайно теплые. За этими дарами капитализма люди готовы были стоять перед магазином с номером на руке по нескольку дней. Главная проблема заключалась в том, что регулярное импортное снабжение являлось привилегией Москвы и Ленинграда, а два города не могли выручить всю страну.
Из-за ограниченного ассортимента демисезонной и зимней обуви пойти в выходном наряде куда-либо, где нельзя было переобуться, для советских женщин являлось почто нерешаемой проблемой. Не монтировались сапоги, продававшиеся в магазинах с выходной одеждой. Все самое лучшее, модное, современное можно было найти не в магазинах, а в журналах.
В 1970-е годы в моде была крупная бижутерия – массивные серьги, кулоны, цепи. Женщины носили габаритные часы на очень широких двойных кожаных ремешках, в конце 1970-х стали чрезвычайно популярны короткие бусы, из очень больших пластиковых или деревянных шариков. Модной удачей считались толстые браслеты, в СССР чаще всего в продаже можно было купить браслет из янтаря, иногда в магазинах появлялись индийские браслеты с перламутром. Модницы непременно старались достать себе, что-то в таком духе. Но большинство женщин предпочитало традиционные советские ювелирные изделия, тем более, что с модной бижутерией в стране было напряженно, а со златом-серебром дефицита не наблюдалось, был дефицит хороших дизайнерских идей, а вот однотипной довольно безликой ювелирки предостаточно.
Модные перемены обходили советскую ювелирную отрасль стороной. Её монументальные творения не сочетались с мини-юбками, платформами, водолазками, брючками-клеш, батниками и водолазками, они предназначались исключительно для тётенек, все ещё в кримпленовых костюмах. Бижутерия 1970-х, в отличие от предыдущих десятилетий, в которых было гораздо меньше стилистического диссонанса, была либо архаикой, либо дурацкой безвкусицей.
Наиболее интересные украшения, соответствующие модным веяниям, можно было найти в художественных салонах и в прибалтийских магазинах, ну а самый большой интерес, естественно, вызывало все, что было привезено из-за границы.
В 1970-е годы стала немного выправляться ситуация с нижним бельем, опять-таки благодаря импорту. Правда, позитивные перемены были заметны преимущественно в Москве, где в магазинах довольно часто стали появляться - то чешские бюстгальтеры, то польские трусики. А уж немецкие, естественно из ГДР, комбинации, нижние юбки и пояса для чулок вообще не были каким-то безумным дефицитом, кстати, комбинации и нижние юбки из вискозы довольно приличного вида можно было обнаружить и у отечественных производителей, освоивших почему-то исключительно эти два вида женского белья.
Во второй половине десятилетия к капроновым чулкам, которых в магазинах было очень много, причем разных и довольно неплохих, добавились колготки советского производства – одна-две модели, не сказать, что супер, но вполне приемлемые, а также импортные, вот здесь уже разнообразия было больше. Советские колготки стоили 4 руб. 20 коп., а импортные, независимо от страны - 7руб.70 коп. Дорого конечно, но очень хотелось именно их. Так что москвичкам в принципе было что купить, но вот остальным женщинам тоже хотелось быть женщинами. Капроновые чулки, которые оставались в продаже на протяжении всех семидесятых стоили намного дешевле колготок, примерно, от 1 руб. 20 коп. до 2 руб. 50 коп., поэтому многие все равно предпочитали чулки колготкам, к тому же во многих уголках СССР никаких колготок и не было. Главная проблема капроновых чулок заключалась в том, что они, подобно капроновым лентам, совершенно не тянулись, поэтому нужно было очень строго выбирать размер. Стопа обычно оформлялась уплотненными носком и пяткой, если ошибся с размером более темная носочная и пяточная ткань вылезала из обуви. Коротковатые чулки можно было спасти при помощи регулируемых резинок на поясе, в этом плане немецкие пояса для чулок были просто незаменимы, но про мини, конечно, стоило забыть.
Самыми качественными считались чулки из крученой сеточки, простая сеточка очень быстро рвалась, при малейшей зацепке на обычном капроне стрелка из спущенных петель молниеносно разбегалась по всему чулку, крученый капрон был намного прочнее, благодаря специальной технологии перекрученные петли не распускались, на зацепленном чулке, образовывалась дырочка, но уже без спущенных петель. Лидерами спроса среди отечественных чулок являлись латвийские, производства фабрики «Аврора», в обиходе их называли рижской сеточкой, из импортных - производства ГДР. А вот теплые плотные хлопчатобумажные чулки в рубчик, которые заботливо выпускались для советских женщин – это предмет достойный музея ужасов. Отвратительней были только длинные теплые панталоны, в просторечии трико, а также рейтузы. С одной стороны в стране с суровым климатом нужно было думать не о красоте, а о здоровье, поэтому приходилось надевать страшненькие колюченькие рейтузы, тем более, что ходили страшилки, будто бы капроновые чулки при минусовой температуре могут прилипнуть к ногам и отдирать их придется вместе с кожей, может правда, может, нет, вроде случаев вмерзания капрона в ноги в СССР не наблюдалось. С другой стороны женщины оставались верны себе даже на морозе, и им совсем не хотелось носить мешковатые штаны противного розового, голубого или морковного цвета и булыжной расцветки рейтузы. Приходя на работу или в учебное заведение, все бежали в туалеты, разоблачаться. А вот отправиться зимой в театр или на концерт в красивом платье и соответствующих чулках было непростой задачкой, решение которой было однозначным - хочешь выглядеть элегантно – беги по морозу в капроне.
Для пошива бюстгальтеров основными материалами служили дамассе - блестящая плотная ткань с крупным жаккардовым рисунком, хлопчатобумажная ткань, атлас, мадаполам, кружева. Качество этих тканей было очень хорошее, но подводили цвета, рисунки и конструкции моделей. А главное ткани не были эластичными, бретели изготавливались из того же материала, что и сами бюстгальтеры и пристегивались к ним пуговицами или пришивались. Затем появились атласные ленточки. Застегивались бюстгальтеры на пуговицы или на пластмассовые застежки, в конце 70-х появились крючки, которые вшивали в хлопок. Регуляторов длины у бретелей не было, поэтому при производстве оставлялся запас ткани, чтобы женщина при желании могла их увеличить или подшить. Советские технологии пошива нижнего белья в целом и бюстгальтеров в частности являлись вчерашним днем. Еще в 60-е годы в СССР начали выпускать модель, которая называлась «стан», в два круглых отверстия, вшивались чашки, которые затем выстрачивались по кругу, делались вытачки. Такой бюстгальтер очень хорошо сидел, поднимая грудь вперед. Модели такого типа были хорошо известны в мировой моде 1950-х годов. Практически такой же бюстгальтер Жан-Поль Готье сшил для Мадонны в конце 1980-х.
Но время шло, совершенствовались бельевые ткани и техники пошива, а в Советском Союзе осваивали изготовление и вшивание бельевых крючков. Бюстгальтеров с поролоновыми чашечками отечественные производители не делали, поэтому дамам с небольшим размером груди во что бы то ни стало нужно было доставать импортный аналог. В ГДР могли сделать жесткий бюстгальтер с поролоном, в Польше могли, в Чехословакии, в Венгрии, да все соцстраны могли, а в СССР почему-то нет.
На ведущих московских предприятиях по пошиву белья два раза в год проходили конференции с показами бельевых коллекций для закупщиков со всего Советского Союза. Потом под их заказы должно было планироваться производство. Но пока утверждали план и внедряли, советская бельевая продукция морально устаревала. Для ознакомления с зарубежными моделями конструкторы белья посещали Торговую палату, где можно было полистать иностранные журналы, которые одно время совсем не выдавали на руки, но в конце десятилетия все-таки начали выдавать на несколько дней. Кроме того, в Торговой палате имелись выставочные образцы импортного белья, которые можно было рассмотреть, но, к сожалению, невозможно повторить, так как отсутствовало необходимое сырьё, а крайне примитивное оборудование не позволяло выполнить многие операции.
В 1976 году в профессиональной литературе по пошиву нижнего белья впервые промелькнуло упоминание о синтетическом волокне «лайкра» (в СССР его назвали «ликрой»), которое включалось в состав эластичных полотен для его изготовления. Но до массового производства отечественного эластичного белья еще было далеко.
Приобретение приличного белья считалось частью проблемы, полномасштабной проблемой был подбор подобающего комплекта, так как единых бельевых гарнитуров в продаже не имелось. Все было разрознено, находишь приличный немецкий бюстгальтер, а он розового цвета, подобрать к нему такие же трусы невозможно, ищешь гладкие белые трусики, а их нет, все с «весёленькими» рисуночками, а если и есть, то такого качества, что надевать грустно. А еще нужен пояс для чулок и нижняя юбка, хороший пояс как назло голубой или бежевый, а юбка салатовая, вот так и ходили.
Продолжение следует…